В мире наконец случилось что-то объединяющее: все следят за миссией «Артемида-2» и восторгаются новыми фотографиями Луны. Да, спустя более чем полвека люди покинули низкую околоземную орбиту, а в сентябре планируется первая высадка в районе Южного полюса нашего единственного естественного спутника.
Но если в 1970-х на Луну стремились, чтобы воткнуть флаг и доказать что-то соседям по Земле, то сегодня она воспринимается скорее как трамплин к Марсу. В целом космос не перестал быть политикой, но к тому же стал бизнесом: территорией венчурных стратегий и конкуренции за уже существующие и будущие рынки. Google планирует дата-центры для ИИ на орбите, Amazon разворачивает созвездие спутников для глобального интернета, а Nokia строит лунную 4G-сеть.
К 65-летию первого полета человека в космос читаем книгу про предпринимателя, которого можно обвинить много в чем, но не в неумении мечтать и воплощать мечты: Илон Маск с его SpaceX сумел перевернуть закостенелый мир космонавтики и готовится стать первым в мире триллионером (а заодно и отправить человечество к дальним планетам). Ниже — отрывки из «Космос ближе» Эрика Бергера, опубликованные с разрешения «Альпины Паблишер».
{{slider-gallery}}
В сентябре 2016 года Илон Маск выступил с долгожданным докладом на Международном конгрессе астронавтики в мексиканском городе Гвадалахара. <...> После потери второй ракеты за 16 месяцев затевать разговоры об отправке людей на Марс казалось нелепым — не время было для «безумных» идей. Но Маску было плевать. <...>
Нежелание Маска позволить этой неудаче затмить мечту о Марсе обнажило ключевую черту его натуры. Что бы ни случилось, он никогда не упускает из виду главную цель.
«Как бы ни угнетали тебя текущие проблемы, нельзя забывать о главном — о долгосрочной перспективе, — поделился со мной философией компании один из топ-менеджеров SpaceX. — Иначе великих целей не достичь. Да, время от времени случаются неудачи, но люди приходят в SpaceX именно потому, что для нас будущее всегда остается в приоритете».
В течение полуторачасового выступления в битком набитом зале Маск представал то мечтателем, то комиком, то помешанным на технике инженером. Его видение будущего поражало смелостью. Над программой Apollo NASA трудились 400 000 человек, а правительство тратило на нее 5% бюджета. При всем при этом Америка могла отправлять на Луну лишь двух астронавтов за раз. Маск же предлагал транспортную систему — название Starship он придумал лишь через несколько лет, — способную доставлять на Марс сразу 100 человек.
Он также попытался объяснить, зачем вообще лететь на Марс. Почему SpaceX, NASA и все человечество должны тратить время, деньги и силы на создание флота космических кораблей и колонизацию Красной планеты? По словам Маска, нужно «сделать все, чтобы не погас огонь разума». Что ждет человечество, если мы не сумеем освоить другие миры? «Мы останемся запертыми на одной планете — вплоть до момента нашего вымирания», — предупредил Маск.
Речь не о том, чтобы бросить Землю или выкачать из нее все ресурсы. Землю, подчеркнул он, необходимо беречь. Но рано или поздно астероид, смертоносная пандемия или ядерная война положат конец нашей цивилизации. Чтобы этого избежать, человечество должно стать мультипланетным видом.
Марс, конечно, не рай. На самом деле он куда хуже самой безжизненной пустыни или промерзшей тундры на Земле. Но он находится ближе всего к нашей планете, и потому его можно назвать самым подходящим местом для начала космической экспансии человечества.
Самым удивительным в этой речи была абсолютная откровенность Маска. Он не просто раскрыл свои карты — он распахнул душу, рискуя оказаться беззащитным. Конечно, и до него находились энтузиасты, которые с таким же пылом рассуждали о покорении космоса, но их никто не воспринимал всерьез. Просто чудаки, просто фантазеры. Но за Маском стояли настоящая ракетная компания и гениальнейшие инженеры планеты. Они, черт возьми, только что посадили ракету на платформу посреди океана! Его слова были непустыми... и сейчас он рисковал всем своим авторитетом.
Освещая то выступление, я назвал план Маска «невероятно смелым». А о самой речи написал, что это «то ли чистое безумие, то ли озарение гения — а возможно, и то и другое». Спустя восемь лет* этот смелый план воплощается в реальность, и в нем, похоже, гениального оказалось гораздо больше, чем безумного.
* Прим. ред. Книга Эрика Бергера вышла в 2024 году, в России появилась только сейчас. Некоторые события и цифры могли устареть, но не глобальные амбиции Маска и вес SpaceX.
{{slider-gallery}}
О Марсе Маск говорит с тех самых пор, как появилась SpaceX. <...> Первые десять лет он позволял компании фокусироваться на небольших ракетах, но уже в середине 2010-х годов начал готовиться к рывку в дальний космос.
Однажды он заявился к Тому Мюллеру, который тогда был главным инженером отдела двигательных установок, с вопросом на миллион: как забросить на Марс 100 т груза? До этого рекорд массы, доставленной на поверхность Красной планеты, составлял всего тонну — это был марсоход Curiosity стоимостью $3 млрд, который NASA посадило двумя годами ранее, в 2012 г. Сама процедура посадки требовала выполнения такой сложной последовательности маневров, что даже разработчики окрестили ее «семью минутами ужаса». А тут Маск хочет посадить на планету целых 100 т…<...>
«Нам нужен самодостаточный город на Марсе, — сказал мне Маск. — Город, который выживет, даже если корабли снабжения перестанут прилетать с Земли. Неважно, по какой причине. Главный вопрос, погибнет город без этих кораблей или нет. <...>
Не должно быть так, что они связываются с нами и говорят: “Ну, мы в целом обеспечиваем себя всем сами, но нам срочно нужно вот это или вот то”. Вы же понимаете, что это звучит как “мы отправились в долгое морское путешествие и взяли с собой все, кроме витамина С”. Ну молодцы, теперь вы заболеете цингой и умрете. Вы обосрались! Вы обрекли себя на долгую и мучительную смерть просто потому, что забыли взять витамин С. Поэтому мы просто обязаны удостовериться в том, что у астронавтов на Марсе будет этот чертов витамин С и все остальное, что нужно для жизни.
И тут начинается самое интересное. Нужно хотя бы примерно прикинуть, сколько тонн груза мы должны отправить в космос вместе с колонистами, чтобы они могли с его помощью построить самодостаточное поселение. Знаете сколько? Думаю, не меньше миллиона тонн».
С тех пор как Мюллер сделал первые расчеты, минуло больше пяти лет, но Маск не отступал от своего плана: каждый корабль должен нести на Марс по 100 т груза. Это число определило всю архитектуру Starship. Но даже при такой внушительной грузоподъемности для доставки миллиона тонн понадобится 10 000 успешных посадок — цифра за гранью воображения. И это при том, что за полвека исследования Марса человечество сумело успешно посадить на планету от силы десяток аппаратов общим весом в несколько тонн.
Конечно, Starship задумана как многоразовый корабль. Но из-за проблем с заправкой на Марсе большинство кораблей, скорее всего, останутся там навсегда. А значит, Маску нужно было сделать их дешевыми. Он поставил цель: $5 млн за штуку. Звучит как немалые деньги, но даже самые примитивные космические корабли, по сравнению с которыми Starship — настоящий исполин, стоят миллиарды. А Starship — птица другого полета. Это самая большая и мощная верхняя ступень ракеты из всех, что когда-либо создавало человечество. И Маск хотел штамповать их по цене подержанного частного самолета.
Я не удержался и брякнул:
— Это же бред!
— Да, это бред, — ответил Маск.
— Нет, правда.
— Это полная чушь.
— Я слежу за аэрокосмической отраслью, и никто даже близко не подошел к чему-то подобному, — сказал я.
— План безумный, согласен, — повторил Маск. — К тому, что мы здесь делаем, неприменимы обычные мерки космической отрасли. <...>
Сама грандиозность задачи — построить тысячи Starship и организовать их заправку на Марсе — обнажает ключевое отличие подхода SpaceX к освоению космоса. NASA идет путем исследований. Во времена Apollo оно отправляло на Луну пары астронавтов — прилетели, потоптались немного и домой. На Марс у него примерно такие же планы: горстка астронавтов слетает туда-обратно, а по возвращении их ждет триумфальный парад и дождь конфетти. Но Маску неинтересны исследования Марса. Он хочет превратить его в новый дом для человечества. И это принципиально иной подход — ничего подобного мы не видели за все шесть десятилетий космической эры.
Размах этого проекта казался мне просто немыслимым. И даже если отбросить в сторону все технические вопросы, меня мучил один вопрос.
За чей счет банкет?
{{slider-gallery}}
Бюлент Алтан одним из первых узнал ответ на этот вопрос. Он родился в Турции, а в 2002 г. приехал в США, чтобы поступить в аспирантуру Стэнфорда. Спустя два года Алтан пришел в SpaceX заниматься радиоэлектроникой и сыграл ключевую роль в период работы над Falcon 1 на атолле Кваджалейн. И тогда, и позже, во время разработки Falcon 9 и Dragon, Алтан жил работой в SpaceX.
Такая преданность работе имела свою цену. В самый разгар подготовки к первому запуску Falcon 9 Алтану позвонила сестра из Турции. С мамой что-то случилось: она все забывала и с трудом передвигалась. Сестра попросила Алтана приехать домой. Его мать, инженер по профессии, когда-то привила ему любовь к технике. Они всегда были очень близки, но теперь он не мог даже рассказать ей об успехе Falcon 9, поскольку она уже не воспринимала его слова. Вскоре врачи вынесли страшный вердикт: болезнь Крейтцфельдта — Якоба, необратимое разрушение мозга. <...>
В октябре 2012 г. Dragon отправился в свой первый рабочий рейс к МКС. После запуска Алтан ужинал с ближайшими друзьями по работе — Дэвидом Гигером и Полом Форкерой. Во время ужина ему позвонили из Турции. Мама умерла. По мусульманским обычаям хоронить нужно как можно быстрее, но Алтан попросил отца подождать еще день: он должен был присутствовать при захвате и стыковке корабля. <...>
Смерть матери и осознание того, что он принес семью в жертву работе, стали для Алтана страшным ударом. Вернувшись с похорон, он иначе стал смотреть на безумный ритм жизни в SpaceX, пожиравший все его время без остатка. <...>
В 2014 г. Алтан решил оторваться от SpaceX и перебрался в Европу — там он мог не только продолжать работу в аэрокосмической отрасли, но и навещать родных в Турции, благо лететь было недолго. Ему хотелось посмотреть, чем жизнь в крупной оборонной компании отличается от бешеного ритма SpaceX, где действует принцип «создавай новое или умри». Так он оказался в мюнхенском подразделении Airbus Defense and Space.
Как ощущался переход из энергичного стартапа в гигантскую корпорацию с 40 000 сотрудников по всему миру? В целом паршиво. По словам Алтана, руководство компании было прекрасным, но даже оно не могло изменить корпоративную культуру. Разница со SpaceX бросалась в глаза: там Маск принимал решение и у сотрудников был простой выбор — либо исполнять приказы босса, либо уходить самим, либо ждать, пока уволят. <...>
Через несколько месяцев в Airbus должность руководителя по цифровой трансформации и инновациям стала казаться Алтану издевательством. Летом 2016 г. он написал Маску. Алтан расстался со SpaceX на хорошей ноте и теперь сообщил, что хочет вернуться туда, где кипит настоящая работа. Маск ответил, что в компании найдут применение его талантам.
Маск предложил Алтану выбрать между двумя новыми проектами: Starship или недавно запущенная спутниковая сеть Starlink. Опытному специалисту по радиоэлектронике сразу приглянулась амбициозная задача — разработать и запустить в космос тысячи спутников Starlink. Этот выбор обрадовал и Маска: первые попытки компании создать Starlink шли не слишком гладко. «Илон тогда сказал, что все крупные спутниковые группировки в истории космонавтики постигла неудача, — вспоминает Алтан. — Я сразу почувствовал, насколько его беспокоит судьба Starlink».
В 2016 г. высокоскоростной спутниковый интернет все еще казался технологией будущего. <...> По расчетам Маска, для обеспечения всего мира интернетом SpaceX требовалось около 12 000 спутников Starlink. Цифра просто фантастическая: до этого компании, да и целые страны имели на орбите максимум несколько сотен спутников. При этом спутники Starlink трудно назвать миниатюрными: каждый размером с кухонный стол и весом больше 250 кг. На разработку такой сложной техники и вывод ее в космос понадобилось бы не меньше $10 млрд.
Но зачем это Маску? SpaceX и так едва справлялась с его амбициозными планами. <...> И вдруг — новая безумная цель: создать спутниковую группировку, в 10 раз превосходящую все, что существовало в мире.
«Илон не оставил никаких сомнений: Starlink должен заработать любой ценой, — вспоминает Алтан. — На нем SpaceX планировала зарабатывать деньги, которые можно было тратить на финансирование будущих проектов».
Иными словами, Starlink задумывался как конкурент Comcast и других интернет-провайдеров, способный обеспечить надежную связь в отдаленных уголках планеты, что наверняка заинтересовало бы военных США и их союзников. Проект сулил десятки, если не сотни миллиардов долларов. И вместо распределения прибыли между акционерами Маск собирался построить на эти деньги флот ракет и доставить на Марс миллион тонн грузов, чтобы основать там автономную колонию. <...>
«Илон рассуждает так, — объясняет Алтан. — Даже если SpaceX станет невероятно успешной в финансовом плане, но не доберется до Марса, это будет означать провал. И за это я его уважаю. Забудьте весь этот цирк вокруг его личности — важна его потрясающая преданность главной цели <...>».
{{slider-gallery}}
Знаете, что меня сильнее всего поражает в SpaceX? Прошло 20 лет, а компания все так же одержима идеями своего создателя. Когда компании растут, они обычно теряют свою устремленность, бунтарский дух, отказываются от оригинального видения. Но только не SpaceX. Она по-прежнему несется в будущее на полной скорости, порой безрассудно, в погоне за новыми прорывами.
И это, безусловно, заслуга Маска. Даже сейчас, стоит ему надолго отвлечься от SpaceX на Twitter, Tesla, Neuralink, искусственный интеллект или что-то еще, — работа тут же начинает буксовать. Да, порой он сам отвлекает команду, но при этом остается для компании главным источником энергии и движения вперед. <...>
Впрочем, как и у всех выдающихся личностей, у Маска есть не только сильные, но и слабые стороны. Некоторые из этих недостатков особенно ярко проявились в его управлении Twitter/X: тщеславие, мстительность и лицемерие. Он говорит о свободе слова, но при этом затыкает рот тем, чье мнение ему не по душе.
Социальные сети — это вам не ракеты строить, и, похоже, с управлением такой компанией Маск справляется не слишком хорошо. Более того, покупка Twitter усугубила его зависимость от этой соцсети, а по ряду сложных причин еще и подтолкнула к переходу от либертарианских взглядов к крайне правому консерватизму и увлечению теориями заговора.
Маск вправе придерживаться любых политических взглядов, но это не значит, что нужно выставлять их напоказ или класть в основу решений по управлению Twitter. За последние годы он настроил против себя очень много людей. <...>
И все же, как пишет Эрик Бергер, «сегодня Илон Маск и его ракетная компания безраздельно властвуют в космической индустрии. За 2023 г. SpaceX осуществила около 100 запусков — столько же, сколько все остальные страны мира вместе, включая Китай с его многочисленными ракетными стартапами. В 2024 г. этот показатель вырос до 134 запусков. По количеству действующих спутников SpaceX превосходит любого другого оператора в 10 раз. Crew Dragon доставляет на орбиту столько же астронавтов, сколько пилотируемые корабли России и Китая, вместе взятые. И это не считая Starship — самой большой и мощной ракеты в истории, способной полностью изменить правила игры».
<...> Про SpaceX годами твердили, что у нее ничего не выйдет. Теперь, когда все получилось, конкуренты больше не стоят у забора и не смеются. Они запрокинули головы к небу — и не могут прийти в себя от изумления.
