Журналистка Виола Чжоу заинтересовалась тем, что в Китае появляется все больше компаний, запущенных соло-предпринимателями с помощью ИИ-агентов. Поэтому когда она получила письмо от одного из таких стартапов с просьбой о созвоне, она согласилась.
На том конце провода ее приветствовал Шэнь Даоцзинь, 38-летний инструктор техники безопасности на заводе в китайском городе Гуйлинь, который мечтает о собственном бизнесе и тратит четверть зарплаты — $199 — на разговоры с ИИ-агентом, взявшим на себя создание сайта, запуск рекламы и даже переписку с потенциальными партнерами и журналистами.
Шэнь не говорит по-английски и не владеет навыками программирования, но у него есть бизнес-идея: продавать американцам традиционные китайские гадания онлайн. Для этого он оформил подписку на сервис Polsia, который позиционирует себя как «автономного сооснователя бизнеса, который никогда не спит».
В отличие от ChatGPT, Claude и других, Polsia обещает полностью автоматизировать операционные процессы — от пользователя требуется лишь задать направление. Так, пока Шэнь работал на заводе, агенты построили ему сайт, запустили рекламу на Facebook* и самостоятельно инициировали контакты с журналистами, включая Виолу. По словам Шэня, за два месяца в его сервисе гаданий зарегистрировались семь человек, но пока никто не заплатил. Он хочет дать этому проекту полгода, чтобы посмотреть, выстрелит ли его идея.
Тем временем, в мае 2026-го Polsia говорила об ожидаемой годовой выручке в почти $10 млн, а всего через платформу энтузиасты запустили более 118 тыс. компаний. Опираясь на эти цифры, основатель Бен Сера (настоящее имя — Виктор-Бенжамен Брока) в одиночку привлек $30 млн от Sound Ventures (до недавних пор — фонда Эштона Кутчера), True Ventures и других инвесторов при оценке $250 млн. В одиночку — это буквально: по словам Серы, он делает Polsia без команды и аутсорсеров.
Правда, в это стройное повествование быстро вклинились скептики. Независимый разбор поставил под сомнение каждый тезис в питче Polsia, и главный удар пришелся на декларируемую автономность. В коде платформы, по словам оценщиков, нашлись элементы ручного управления — и да, некоторые админ-действия теоретически могут выполнять и ИИ-агенты. Однако обнаружилось и то, что люди вручную оценивают работу ИИ и сверяются между собой. Плюс есть логины операторов и «режим бога», позволяющий человеку в любой момент вмешаться в работу каждой «автономной» компании.
Досталось и цифрам: из 118 тыс. с лишним заявленных компаний активными на платформе остаются около 7 тыс., то есть 94% оказались брошены. Сам Сера фактически подтвердил выводы расследования о высоком оттоке: как он сказал, платформа теряет около половины пользователей в первый же месяц подписки, еще 50% от оставшихся — во второй (в отчете скептиков фигурировали 48%). И лишь 10% созданных с Polsia стартапов заработали хотя бы $1. Самый прибыльный проект пока не дотянул даже до $5 тыс.
Название Polsia наоборот читается как AI Slop (ИИ-мусор), и это действительно напоминает конвейер по производству цифрового хлама, ведь каждому, даже мертворожденному, проекту платформа генерирует сайты, рекламу, SEO-контент, твиты, маркетинговые страницы, блоги и рассылки. При этом основатель транслирует оптимизм: «Большая часть действительно мусор, но кое-что полезно. Качество того, что делают агенты, улучшается с каждой неделей».
{{slider-gallery}}
Polsia воплощает абсолют крайне привлекательной идеи: тебе больше не нужна команда, инвестиции и даже специальные знания, чтобы создать продукт и запустить стартап.
Сам Сера самостоятельно освоил программирование, будучи банковским клерком. Его дальнейшая карьера в IT складывалась очень успешно: он пять лет работал в CloudKitchens под управлением соснователя Uber Трэвиса Каланика и под конец руководил командой из 400 человек. Позднее привлек около $8 млн на развитие стартапа GiftShop, который помогал ресторанам, отелям и другим заведениям запускать собственный мерч. Бен развивал этот проект вместе с приятелем, и именно трение между кофаундерами, по его словам, помешало успеху. Отсюда родилась цель — построить следующий бизнес в соло и помогать клиентам делать то же самое. Без ИИ, конечно, не обошлось. Сейчас в Polsia около 80% работы выполняется автономно.
Модель монетизации Polsia такова: $20 в месяц за минимальную подписку, 3% от продаж и 20% от рекламного бюджета созданных компаний, плюс докупка дополнительных кредитов для ИИ. Взамен — шанс почувствовать себя прогрессивным стартапером даже людям, далеким от мира технологий, как в случае с Шэнем. Например, Коди Кейси, один из пользователей сервиса, пишет: «Благодаря Polsia я не просто запустил онлайн-бизнес, но и понял, как вообще все устроено. Сервис взял на себя всю черновую работу и параллельно учил меня в процессе — это, пожалуй, самое ценное. Благодарен платформе за этот шанс и надеюсь вырастить из проекта что-то по-настоящему стоящее!»
Для продвинутых юзеров ИИ-билдеры — это способ оптимизировать затраты времени и средств на создание продукта. Так, Дэниел Бойд, один из пользователей, отмечает в отзыве: «Polsia лучше всего подходит техническим соло-основателям и компактным командам, создающим веб-приложения без полноценного штата разработчиков. Больше всего сервис дает тем, кто способен самостоятельно провалидировать результат: проверить само приложение, работу API, панель администратора и логику базы данных».
Стоит отметить, что на момент написания статьи более трети отзывов на Polsia на платформе Trustpilot резко негативные. Жалуются на сгоревшие токены без возможности возврата, ошибки безопасности, медленную поддержку и несанкционированные действия от имени пользователя.
Сегодня существуют десятки ИИ-билдеров, поэтому недовольные предприниматели легко найдут для себя альтернативу. Самые успешные из таких сервисов рассказывают о рекордных темпах роста, выручке и закрывают впечатляющие раунды инвестиций последние годы. Растет и их аудитория.
Так, Lovable еще в феврале 2025-го отчиталась о 25 тыс. новых приложений в день. К ноябрю 2025-го — уже 100 тыс. новых проектов в день. В начале этого лета компания сообщила о еще большем ускорении — 1 млн новых проектов в неделю (это ~143 тыс. в день). Всего на этой платформе запустилось где-то 60 млн приложений, ежемесячно их посещают более 900 млн раз.
Ну а Polsia, по данным WSJ на конец июля 2026-го, собрала 10 тыс. платящих клиентов и подтвердила, что находится «на пути к $10 млн выручки в 2026 году». Важно, что это цифры со слов компании, а не из аудированной отчетности и сопоставить их с майскими данными о 7 тыс. активных из 118 тыс. созданных проектов сложно — это разные метрики и разные срезы времени, которые сама компания никогда не сводит в единый ряд.
Важно сделать оговорку: когда речь идет о разработке проектов с ИИ, часто путают два типа сервисов. Среда разработки с ИИ вроде Cursor или GitHub Copilot — это ускоритель для тех, кто и так умеет программировать: помогает быстрее писать код и вайбкодить, но не берет на себя весь процесс. В то время как ИИ-билдер вроде Lovable, Bolt.new или Polsia может провести человека без единого навыка программирования от идеи до готового продукта.
{{slider-gallery}}
Рынок уже наводняют результаты повального увлечения ИИ-билдерами. Так, по The Information, число новых заявок в App Store выросло на 84% за один квартал на фоне бума вайбкодинга; Sensor Tower фиксирует рост запусков iOS-приложений на 56% год к году в декабре 2025-го и на почти на 55% в январе 2026-го — рекордные темпы за четыре года. По итогам 2025 года компания обработала 557 тыс. новых заявок, это самая большая волна с 2016-го. Разработчики жалуются, что из-за потока заявок время ревью в App Store выросло с 24–48 часов до 7–30+ дней. Впрочем, сама Apple это оспаривает.
Количество публикаций на Product Hunt тоже растет ударными темпами. Только за одну майскую неделю 2026 года на площадку вышло почти 4 тыс. проектов. Для сравнения: за весь 2021 год новичков было чуть больше 12 тыс.
За этими рекордными показателями, конечно, стоят люди с самым разным бэкграундом, и все же каждый из них решил, что именно сейчас лучшее время попробовать запустить что-то свое. А если не получится — попробовать еще раз. Мы поговорили с Аленой Ванченко, нейропсихологом и психотерапевтом, которая консультирует команды из списка Fortune 500, о том, почему с ИИ так легко без конца начинать заново и что общего у бесконечного создания продуктов с замещающей тревогу активностью.
{{slider-gallery}}
— Сталкивались ли вы в своей практике со случаями зависимости от ИИ и вайбкодинга?
— Зависимость именно от вайбкодинга в клиническом смысле не описана. Но в практике встречаются случаи проблемного использования ИИ, которые можно рассматривать в контексте компьютерной зависимости. Как и с любой формой зависимости, человек постепенно попадает под обаяние той версии себя, которая нравится ему больше, чем он сам.
Может быть сложно остановиться, потому что с помощью ИИ он получает возможность делать то, что ему нравится, с минимальными усилиями. А человеческий мозг в целом стремится экономить ресурсы: эволюционно мы запрограммированы тратить меньше и получать больше. В этом смысле ИИ становится очередным инструментом, который позволяет реализовывать эту стратегию.
Хороший пример — исследование лондонских таксистов. Ученые обнаружили, что у водителей, которые годами запоминают карту Лондона, отличается гиппокамп — область мозга, связанная в том числе с пространственной памятью. То есть мозг адаптируется к необходимости постоянно использовать определенный навык. Когда же мы передаем эту работу навигатору, нам уже не нужно тратить на нее столько собственных когнитивных ресурсов.
— Когда работа с ИИ лишь имитирует прогресс?
— Особенно хорошо это видно на примере людей, которые используют ИИ для постоянной рефлексии: раз за разом обсуждают с ним одну и ту же ситуацию, анализируют ее, ищут новые объяснения — но при этом ничего не меняют.
У психолога, коуча или профессионального консультанта есть задача создавать интервенции, то есть подсвечивать человеку то, чего он сам не замечает, в том числе противоречия в его поведении или взглядах. ИИ устроен не так: он прежде всего следует за запросом пользователя. Если человек снова и снова задает ему один и тот же вопрос в одной и той же рамке, система может поддерживать эту рамку вместо того, чтобы вывести человека из нее.
И тогда выходит, что человек что-то делает, тратит силы, получает много обратной связи — и никуда в итоге не продвигается. Зато получает ощущение, что занят делом. Часто это становится способом маскировать тревогу.
— Провоцирует ли всеобщее FOMO само появление возможности создавать продукты быстрее и проще?
— Здесь я бы скорее говорила не о влиянии самого инструмента, а о том, как использование ИИ изображается в медиа. Сегодня создается ощущение, что все вокруг используют нейросети, причем в самых разных профессиях. Мы постоянно видим истории, как кто-то с помощью ИИ сделал продукт, заработал деньги или полностью изменил свою профессию. Это формирует страх упустить возможность — ощущение, что ты тоже должен все время что-то делать.
Для людей, которые профессионально работают с технологиями, это, безусловно, не пустая тревога. Там сами профессии меняются. Например, хороший разработчик все чаще должен не только самостоятельно писать весь код, но и уметь ставить задачи ИИ, проверять его работу, задавать параметры, находить слабые места и управлять несколькими агентами. Это действительно создает профессиональное давление, потому что меняется планка эффективности.
Но для человека, который использует ИИ для себя или общего развития, давление возникает скорее не из самого инструмента, а из контекста. Например, я психолог. Если я захожу в социальные сети и постоянно вижу, что все психологи уже используют ИИ, что нейросети скоро вообще заменят специалистов, это может вызвать тревогу и желание срочно что-то делать, чтобы не отстать. И неважно, насколько это «что-то» реально ложится в мою профессию и карьеру.
Пока новые продукты продолжают наводнять интернет, узким местом остается удержание пользователей. Ни одна крупная компания-билдер не раскрывает, сколько прошедших через них предпринимателей продолжают поддерживать созданные продукты не через месяц или два — а, скажем, через полгода. Также мы не знаем, сколько из построенных на таких платформах приложений доходит из песочницы до реальных пользователей.
Зато знаем, что препятствий этому очень много, от всевозможных кризисов на рынке до ментальных сложностей. Создатели вайбкодед-приложений сталкиваются с похожими проблемами: например, для кого-то оказывается сложной задачей выйти из режима постоянных улучшений и доделок, из-за чего релиз затягивается, а мотивация снижается.
Один из авторов пишет о своем опыте на «Хабре»: «С коллегами мы уже называем это не вайбкодингом, а настоящей лудоманией: постоянно хочется что-то добавить, улучшить, переписать или протестировать. И вот ты уже сидишь ночью с мыслью, что давно пора спать, но не отпускает идея: тут еще чуть подкрутить, здесь добавить мелочь, а вот это надо срочно проверить. И так несколько вечеров подряд. Устаешь от этого довольно сильно».
Другой разработчик в статье «Сейчас сделаю приложение и заработаю на нем. АХАХАХАХАХ, удачи» рассказывает, как дошел до публикации в App Store и 2 тыс. установок, но получил лишь восемь платных подписок по $6 (одна из них — его собственная). Это его третья попытка стать успешным соло-фаундером, до этого он разработал «продукт для менторов», потратил почти полмиллиона рублей и... понял, что «никому не нужен». Его вывод — навык привлечения пользователей выходит на первый план: «20% будет занимать разработка, а 80% — продвижение. Для кого-то это будет сюрпризом. Например, для разработчиков, которые думали, что просто будут кодить что‑то не на работе, а в своих репозиториях и собирать бабло. Ха-ха, нет».
{{slider-gallery}}
История про «легкий способ» запустить стартап привлекла внимание и профессиональных аналитиков. Так, осенью 2025-го исследователи Barclays решили сверить красивые цифры роста ИИ-билдеров с данными по трафику на их сайтах. Изначально отчет предназначался для внутреннего пользования, но данные утекли в прессу и вызвали много вопросов у инвесторов. Оказалось, что, у Lovable, которая рапортовала о рекордном росте выручки, посещаемость просела на 40% от летнего пика; у v0 упала на 64% с мая; у Bolt.new — на 27% с июня. «Спад заставляет задуматься, прошел ли уже пик интереса к вайбкодингу», — написали авторы исследования.
Как прокомментировал Эрик Саймонс, CEO Bolt.new, «отток у всех очень высокий. Всем придется строить удерживающий бизнес». Сам Bolt.new еще до утечки отчета поменял модель подписки, позволив пользователям переносить неиспользованные токены на следующий месяц.
По словам Бена Серы, основной причиной оттока клиентов Polsia является несоответствие ожиданий: уходят пользователи, которые рассчитывали на полное отсутствие своего участия, или те, у кого была идея, не подкрепленная реальным рыночным спросом.
Повальный отток — это не аномалия нескольких платформ. Летом 2026-го ученые из независимой лаборатории вместе с коллегами из Microsoft и Национального университета Сингапура решили проверить живучесть сгенерированных продуктов в широком научном исследовании. Они проанализировали GitHub в поисках приложений, написанных нейросетью (искали такие следы, как, например, служебная папка .claude/ или метка Lovable в коде). Затем убрали заготовки, документацию, слишком маленькие и слишком большие репозитории, а из того, что осталось, оставили только проекты, где не менее 90% кода и не менее 90% коммитов сделаны ИИ. В итоге для анализа осталось 9041 «чистое» навайбкоженное приложение.
Рабочая ссылка на живое приложение обнаружилась только у 11,1% таких проектов. Остальные 88,9%, по-видимому, так и остались строчками кода в репозитории, то есть их никто никогда не открывал в браузере. Это необязательно означает, что они умерли без надежды на воскрешение, так как исследователи не следили за их судьбой, а ориентировались на конкретный временной срез.
И все же выходит, что на момент проведения исследования почти девять из десяти вайбкодед-приложений так и не добрались до стадии, когда у них мог бы появиться хоть один пользователь. При этом нельзя сказать, что в выборку попали мелкие поделки: медианный проект насчитывал больше 8 тыс. строк кода, что соотносится с полноценным приложением.
У тех 11,1% продуктов, которые дожили до запуска, тоже есть проблемы: девять из десяти содержат хотя бы одну уязвимость, а почти две трети этих уязвимостей критические или высокой степени опасности. Чаще всего это дыры в контроле доступа: кто угодно может получить доступ к чужим данным просто потому, что ни новоиспеченный фаундер, ни ИИ не предусмотрели такого сценария.
Рост числа проектов бьет не только по инфраструктуре сторов и площадок для запусков. Постепенно меняется то, как ключевые контрагенты — инвесторы, корпоративные клиенты, конечные потребители — воспринимают IT-продукты и контент, с ними связанный.
Так называемое раннее меньшинство в лице представителей технологической индустрии, журналистов и венчурных капиталистов уже констатирует новый виток гомогенизации, то есть одинаковости, веба — лендингов, презентаций, приложений.
Судя по всему, все выше будет цениться умение выделяться в этом потоке. Президент OpenAI Грег Брокман в феврале 2026-го написал в X: «Taste is a new core skill» — почти 3 млн просмотров доказывают, что да, кажется, вкус и вправду стал базовым навыком. Фраза мгновенно разошлась по Кремниевой долине, ее подхватили Сэм Альтман и сооснователь Y Combinator Пол Грэм.
Другими словами, гигантские цифры оттока билдеров доказывают, что ИИ прекрасно штампует функциональные продукты, но никак не помогает понять, зачем они вообще существуют и нужны ли людям. Мы спросили Вадика Михалева, сооснователя онлайн-университета «Зерокодер» и образовательных челленджей Content Hero, AI HERO и Vibe Coding Hero, что отличает успешных соло-фаундеров в новых реалиях.
{{slider-gallery}}
— Какие компетенции предпринимателя сегодня выходят на первый план?
— А — продуктовая чуйка. Когда для первой версии продукта все реже нужно искать стартовый капитал/инвестиции и первую команду, снова на первом месте качество идеи или, если точнее, насмотренность и продуктовая чуйка на новые решения привычных сценариев или на создание продуктов, которых не существовало в донейросетевую эпоху.
Б — фокус. Снижая стоимость любого продуктового эксперимента, ИИ и вайбкодинг одновременно создают массу соблазнов: когда новую фичу можно собрать за вечер, фокус (а именно что мы делаем, а что НЕ ДЕЛАЕМ) становится еще более важен. Поэтому все больше от предпринимателя нужны включенность, системность и дисциплина.
— ИИ заметно снизил технологический барьер создания продукта, а что насчет дистрибуции и привлечения/удержания аудитории?
— Вопросы критичности дистрибуции в целом остались теми же, кроме лишь того, что стало очень много «поделок» и активно растет конкуренция в рекламных каналах за счет наплыва новых участников и развития маркетинговых ИИ-тулов, которые тоже снижают барьеры для входа и ускоряют процесс мониторинга, копирования и генерации креативов.
— Вы наблюдаете деградацию качества проектов или наоборот?
— Я вижу не деградацию качества проектов, а просто резкий всплеск количества предпринимательских попыток (то, ради чего я, в свою очередь, создавал «Зерокодер» в 2020-м году) — как узких продуктов, заточенных на специфические сценарии, так и банальных или тупиковых идей «с первой полки», которые люди берут из-за отсутствия опыта.
Как, например, с демократизацией фитнеса и появлением сети DDX в России за счет дешевой месячной подписки в зал хлынул новый сегмент людей, которые раньше не ходили в фитнес-залы, так и рынок сейчас пополнился солопренерами «новой волны», где возможность стать предпринимателями получили все, кто нашел в кармане $200 в месяц на подписку Codex на реализацию своих идей.
При этом, конечно, все навайбкоженные продукты нелинейно накапливают технический долг и после определенного порога требуют тех же процессов, компетенций и команды — там уже, как всегда, все по-взрослому.
* Принадлежит корпорации Meta, признанной экстремистской и запрещенной в России.
