Говорить в 2026 году, что жизнь после 50 лет вообще-то есть, кажется банальным и даже неловким. О том, что «70 — это новые 50», профессор Ингмар Скуг из Гетеборгского университета объявил еще лет десять назад. По результатам его многолетнего исследования выяснилось, что нынешние 70-летние превосходят ровесников образца 1971 года по уровню образования, активности и субъективному ощущению счастья, а по целому ряду физиологических показателей — артериальному давлению, мышечной силе, памяти и когнитивным способностям — скорее напоминают тогдашних 50-летних.
Многие идут дальше и, не дожидаясь научной базы от профессора Скуга, заявляют, что «50 — это новые 30» и что эпоха эйджизма уже позади. Казалось бы, доказательства налицо: только что Мадонна в свои 67 выпустила альбом, который критики почти единогласно назвали ее лучшей работой чуть не за 20 лет. The Rolling Stones, и не думая уходить на пенсию в свои 80, выпускают такие альбомы с регулярностью в три года и могут собрать любой стадион минуты за полторы. 53-летняя Хайди Клум без всякого «Оземпика» продолжает сниматься для рекламных кампаний белья — назло врагам, тщетно пытающимся ее пристыдить, мол, куда в таком возрасте, и на счастье ее 36-летнему мужу.
Однако эти яркие примеры все еще остаются в рамках статистической погрешности
и на широкую популяцию не очень распространяются. Реальность куда прозаичнее,
что нагляднее всего видно по рынку труда: после определенного возраста найти работу — а уж тем более сменить профессию — по-прежнему задачка не из простых.
ВОЗ называет эйджизм одной из самых распространенных форм дискриминации в мире
и отмечает, что каждый второй житель планеты в той или иной мере разделяет возрастные предрассудки. Многие работодатели этими самыми предрассудками руководствуются, считая сотрудников старшего возраста менее гибкими, плохо обучаемыми и недостаточно креативными.
И это при том, что только в России за последние четыре года число резюме соискателей старше 50 лет увеличилось на 70%. Многие из этих резюме, надо полагать, остались без ответа. Как легко догадаться, рост числа кандидатов вовсе не означает сопоставимого роста интереса работодателей, хотя формально дискриминация по возрасту при найме
в России запрещена.
На фоне нынешней демографической динамики это выглядит по-настоящему опасным. Население планеты стремительно стареет: по прогнозу ООН, к 2050 году число людей старше 60 лет почти удвоится. Работодателям, которые сегодня автоматически отсеивают кандидатов «в возрасте», уже совсем скоро может оказаться попросту не из кого выбирать. Так борьба с эйджизмом на глазах переходит из категории социальной справедливости
в категорию экономической необходимости.
Более того, один из первых крупных метаанализов на эту тему показал, что возраст положительно коррелирует с результативностью: старшие работники часто оказываются продуктивнее. Такие результаты окончательно должны отменить эйджистскую оптику, ведь
в условиях прогнозируемого кадрового дефицита опытные специалисты 45+ — вовсе не та категория сотрудников, к которой стоит относиться настороженно, как все еще принято во многих компаниях, а стратегический резерв, на который можно и нужно сделать ставку.
Одна из немногих российских компаний, которая уже дает дорогу «сотрудникам старшего возраста», — это T2, где с 2023 года развивают программу трудоустройства специалистов 50+ в дистанционном сервисе.
Благодаря проекту «Алмазики», который охватил четыре площадки —
в Иркутске, Саранске, Челябинске и Ростове-на-Дону, — за три года число сотрудников старшего возраста в поддержке выросло в четыре раза и сегодня составляет 15% от первой линии Службы поддержки. Для T2 этот проект —
не благотворительность и не имиджевый жест, а прагматичный ответ на тот самый демографический сдвиг, о котором предупреждают ООН, ВОЗ
и профессор Скуг. Так в компании хотят доказать рынку, что возраст — это
не фильтр для кандидатов, которые решили освоить новую сферу. Важно создать для них условия — что и сделали в Т2.
За всеми цифрами и исследованиями стоят вполне конкретные люди, которые уже сегодня меняют профессию, начинают заново строить карьеру
и доказывают, что возраст сам по себе не определяет профессиональную ценность человека.
Вот три истории людей, которые начали новый этап карьеры после 50 лет.
До перехода на текущую должность я больше 35 лет проработала в психологии: занималась профилактикой зависимостей. За эти годы помогла многим людям найти путь к здоровой жизни, и это давало настоящее чувство профессиональной значимости. Но со временем накопилась усталость от рутины и отсутствия карьерных перспектив — это и стало поводом для кардинальной смены профессии. Хотелось открыть для себя новые горизонты и попробовать реализовать себя в другой сфере.
Поиск новых знаний — моя постоянная страсть, и именно это качество больше всего помогло мне в первое время
в компании. Когда я впервые пришла в контактный центр, меня очень впечатлила атмосфера. Вокруг было много молодых ребят, все постоянно двигались, общались — для меня это была буквально другая планета. Эта молодежная атмосфера заряжает энтузиазмом и любознательностью. Я с жадностью впитывала материал и продолжаю это делать до сих пор. Любознательность и готовность учиться — мой надежный компас в мире перемен: мне необходимо осваивать новое, чтобы сохранять внутреннюю гармонию и уверенность в себе. Возраст здесь не помеха: учиться можно в любом возрасте, главное — сохранять любопытство.
Когда я только начинала работать, мне очень хотелось как можно быстрее всему научиться и во всем разобраться. При этом я еще ездила на работу из Ангарска, дорога занимала несколько часов, и в какой-то момент поняла, что такой ритм требует от меня слишком много ресурсов. Этот опыт впервые заставил меня всерьез задуматься о выгорании и о том, как важно вовремя замечать сигналы собственного организма. Если усталость накапливается и даже после отдыха не возвращаются силы, не стоит надеяться, что все пройдет само собой. Иногда лучше обратиться за помощью и вместе разобраться, что можно изменить. Мне, например, помогло подобрать подходящий режим работы. Какое-то время я работала по 12 часов, но потом мы вместе с руководителем обсудили нагрузку, и я перешла на более короткий график. И вот тогда я прямо почувствовала: «Так вот оно!» Появилось время отдохнуть, выйти на улицу, восстановиться. Тогда я поняла важную вещь: иногда бороться с выгоранием — это не заставлять себя работать еще лучше, а уметь слышать себя, вовремя просить о поддержке и находить ритм, в котором можно сохранять и силы, и удовольствие от того, чем занимаешься.
Больше всего в нынешней работе ценю возможность трудиться удаленно: это дает свободу и гибкость и не заставляет менять комфортный уклад жизни. Утро у меня начинается по одному и тому же сценарию: план на день, забота о любимой собаке — она мой верный спутник и источник радости — и чашка ароматного кофе.
Это помогает собраться с мыслями и настроиться на продуктивный ритм.
А еще в Т2 знают, что такое корпоративная этика и забота о сотрудниках: внимательное отношение компании к каждому создает комфортную атмосферу для роста. Ну и, конечно, мне по-прежнему важно помогать людям — это остается для меня одной из главных ценностей.
Среди коллег есть человек намного моложе меня. Мы не просто сработались — мы подружились! Меня удивило, насколько он открыт
к диалогу и готов учиться. Он часто предлагает свежие идеи, которые заставляют посмотреть на привычные вещи под другим углом. Общение с ним — настоящий источник вдохновения.
Мне вообще нравится наблюдать за молодыми коллегами: они часто очень четко и лаконично отвечают на технические вопросы, быстро ориентируются в сложных ситуациях. Я это замечаю и думаю:
а почему бы мне этому не поучиться? При этом и у более опытных коллег есть свои «фишечки». Можно подсмотреть какие-то слова, интонации, приемы, которые помогают успокоить клиента, выстроить разговор.
Были разные периоды, но сейчас я точно знаю: я люблю свою работу. В ней постоянно открывается что-то новое, за что я ее ценю еще больше. Даже в сложные моменты нахожу что-то ценное, будь то удачное решение задачи или поддержка коллег.
Я много лет проработала в общественном питании — получила профильное образование, доросла до шеф-повара. Для меня это был осознанный выбор: у нас семейная кулинарная династия. В Т2 попала тоже осознанно и первое время адаптировалась сразу на двух фронтах: психологическом и техническом.
Психологически сложнее всего было привыкнуть, что никто не кричит. На кухне крик был синонимом работы, а здесь все обсуждают спокойно, как на чаепитии у английской королевы. Технически пришлось осваивать CRM-систему: раньше я держала в голове больше 50 блюд и предпочтений гостей, а теперь — тарифы, цены и скидки.
Еще одним новым навыком стало умение работать с возражениями клиентов: понимать, что именно их не устраивает, и находить убедительные аргументы. Постепенно я научилась лучше чувствовать собеседника по голосу, понимать его настроение и выбирать подходящую интонацию. Иногда человеку нужны факты и подробное объяснение, иногда — немного больше эмпатии, а иногда важно просто дать ему высказаться. А самое интересное наблюдение: когда ты улыбаешься, беседуя с абонентом по телефону, разговор становится доверительнее.
Кухня научила меня многому: терпению, вниманию к деталям и умению сохранять спокойствие в самых разных ситуациях. Я привыкла замечать мелочи, быстро считывать настроение человека и не теряться, если что-то идет не по плану. Эти навыки пригодились и в контактном-центре.
Вообще, со временем я все больше убеждаюсь, что накопленный с годами опыт — это самое большое преимущество. И здесь, наверное, стоит сказать пару слов и о возрасте. Я в целом считаю, что эйджизм — это довольно распространенное явление и он может проявляться по отношению к людям разных поколений. Иногда старшего человека воспринимают как менее современного или менее способного к обучению, а начинающих специалистов, наоборот, могут считать неопытными лишь в силу их молодости.
В своей жизни я с определенными возрастными стереотипами сталкивалась, но вот в компании Т2 присутствия эйджизма не ощущаю. Здесь я чувствую, что меня воспринимают прежде всего как специалиста и оценивают по моим результатам. Я легко нахожу общий язык с коллегами разного возраста и считаю это большим плюсом. Тем более что в сопровождении и удержании абонентов жизненный и профессиональный опыт помогает лучше понимать людей и находить подход к разным клиентам. Поэтому я считаю, что важен не возраст человека, а его профессиональные качества, желание развиваться и тот вклад, который он вносит в общее дело.
Больше всего в работе мне нравится момент, когда мне удается убедить клиента остаться. Такой же кайф испытывала, когда гость говорил: «Это лучший ужин в моей жизни». Мне нравится быть тем самым человеком, который превращает «Прощайте» в «До встречи».
В 1990-е я занимался бизнесом в Челябинске, а в конце десятилетия уехал в Москву. Там прожил несколько жизней сразу: руководил музыкальным лейблом, десять лет вел детские творческие студии, 20 лет диджеил и работал арт-директором в клубах. В 2021 году вернулся в Челябинск, продавал виниловые пластинки на маркетплейсах и до сих пор веду встречи о музыке и виниле в Публичной библиотеке и на других площадках города. Об удаленной работе задумался, когда родители стали нуждаться в ежедневном уходе. Разместил резюме онлайн — Т2 откликнулся сразу же. Пришел на собеседование, все понравилось — и остался.
Поскольку в найме я до этого никогда не работал, в какой-то момент почувствовал, что здесь требуется куда больше дисциплины, чем я привык. Пришлось учиться и многозадачности: раньше я всегда старался концентрироваться на одном деле, а не разрываться между несколькими сразу. Правда, довольно быстро понял неожиданную вещь: дисциплинировать себя в найме оказалось проще, чем в собственном деле. Команда, коллеги — хоть и на удаленке — в этом помогают.
Помогли и старые, совсем не связанные с работой навыки: спокойствие, умение принимать, общаться с людьми разных возрастов и характеров, желание понять и помочь. Собственно, это то, что больше всего нравится мне в работе и сейчас, — общение с людьми разных настроений, прокачка дисциплины, возможность реально кому-то помочь и постоянно нарабатывать новый опыт.
Если бы пришлось объяснять своим ровесникам, зачем вообще осваивать что-то новое, я бы сказал так: надо поддерживать интерес к жизни, а он особенно проявляется, когда изучаешь что-то новое.
Значение слова «карьера» для меня полностью изменилось. Раньше я всегда развивал свое дело и карьера означала рост дохода, а вместе с ним и то, что этот доход обеспечивало: работу с людьми, маркетинг, новые проекты. Сейчас в Т2 карьера — это скорее движение внутри одной компании: можно расти вертикально, поднимаясь по должностям, а можно горизонтально, пробуя себя в разных направлениях.
Мне кажется, в идее «успеть к определенному возрасту» доля правды есть. Все-таки в 20 лет энергии больше: ты не так видишь преграды, легче готов рисковать, что-то начинать, пробовать. Поэтому, конечно, хорошо, когда в этом возрасте уже начинаешь куда-то двигаться.
Но это совершенно не значит, что если ты чего-то не успел до 30,
то дальше уже все. У меня есть примеры людей, у которых результат пришел гораздо позже. Они просто не бросали то, чем хотели заниматься: продолжали работать, набирались опыта, становились профессиональнее. И в какой-то момент это срабатывало. Результат ведь может прийти и в 40, и в 50 лет. Я и по себе это вижу. В 30 лет мне уже казалось: ну кто меня возьмет в наем, наверное, надо обязательно делать что-то свое. А в 50 я пришел в Т2 и увидел,
что здесь можно и дальше развиваться, расти вертикально, переходить в другие направления, узнавать что-то новое. Поэтому
я бы не воспринимал карьеру как лестницу, где к каждому возрасту обязательно надо оказаться на определенной ступеньке. Важно все-таки двигаться и не бояться менять направление. Иногда то,
что сначала кажется отклонением от какого-то «правильного» пути, просто дает тебе новый опыт, который потом еще пригодится.
Изменения не ограничились работой — по-другому теперь выглядит даже утро: вместо того чтобы вставать когда придется, я каждый день встаю в пять утра и начинаю день с пробежки.