«Мы живем в обществе спектакля» — избитая, казалось бы, фраза Ги Дебора, французского философа-ситуациониста середины XX века, прекрасно определяет нашу сегодняшнюю реальность. Бунтарства в ней поубавилось, но полезное из нее почерпнуть все еще можно.
Для сотрудников корпораций, ежедневно выстраивающих имидж брендов и живущих внутри «корпоративной культуры», эта книга становится рентгеном: она обнажает скелет той самой машинерии, которую они создают и в которую интегрированы. Для всех остальных это — честный способ «деинфлюенсинга». В мире, где пост в соцсетях часто подменяет собой жизненный опыт, Ги Дебор становится просто необходимым чтением. Он учит главному житейскому навыку — вовремя замечать декорации и не позволять спектаклю поглотить вашу способность мыслить вне сценария.
Каждый у себя в аккаунте устраивает свой маленький «спектакль», формируя среди подписчиков общество спектакля. Каждый оперирует набором образов, соответствующих избранной роли (бьюти-блогер, музыкант, экскурсовод), выдавая в онлайн эпизоды жизни и конструируя разные спектакли. И если в 1950-е Дебор сорвал пресс-конференцию Чарли Чаплина, обвинив того в «мошенничестве чувствами», то теперь такой акт невозможен и бессмысленен. Никого нельзя удивить или обличить в том, что он строит образ. Каждый конструирует себе роль — и либо принимает правила игры, либо «заигрывает» с ними.
В выпуске подкаста «За полкой», посвященном этой книге, участники вместе с приглашенным спикером, книжным экспертом Галиной Юзефович, определили наше сегодняшнее общество так: Мы живем в обществе многократно победившего спектакля. Хотим ли мы разрушения этого мира? Вероятнее всего, нет, но важно знать, как вся эта машинерия работает, чтобы видеть что-то помимо того, что тебе показывают. По Дебору, мир победившего образа (по-нашему — мир маркетинга) — это ад. Сейчас уже понятно, что это не ад, но полезно знать, что этому миру есть и альтернатива.
Дебор утверждает, что, превращая всю нашу жизнь в шоу, общество спектакля отчуждает нас от самого жизненного опыта — когда пытаешься всё вокруг снять для сторис, то упускаешь сам момент. «Общество спектакля» дает возможность относиться к этому трезво. Само чтение — это своеобразный catch of the moment, во время которого ты не просто потребляешь информацию, но и активно прорабатываешь ее. Не выбираешь вещь, но вникаешь в образ мыслей, что заставляет выйти из привычной системы потребления контента, так как книга объемнее рилса или иного визуального нарратива.
Конкретно эта книга Дебора еще и по своему содержанию как бы предполагает, что читающий ее поймет обманчивость окружающего мира, направленного на продукт, на образ, на создание идеальной картинки, и изменит это. Но «Общество спектакля», как и любой другой манифест прошлого, уже само стало брендом, который тиражируется в медиасреде — то есть изменить что-то вряд ли получится, поскольку он уже плотно вписан в картину мира.
Мир образов (т. е. мир запрещенных соцсетей), о котором с таким запалом говорит Дебор, превратился в валюту и в самоцель. Само по себе это не ужасно, но он подводит вот к чему: ужаснее — отсутствие осмысления. И как будто некий рубикон уже пройден: немереное количество контента как бы заставляет включить оценочный аппарат и постоянно делать выбор. Поэтому бренды ставят на создание уникального опыта, чтобы выбор был в их пользу. Книга же — наиболее уникальный опыт, потому что, с одной стороны, универсальна, а с другой, каждый читает ее собственным образом. Но главное при этом — осознанность, независимо от того, читаете ли вы книгу или работаете в огромной международной компании. В этом есть важная параллель, которую проводят сотрудники METRO в книжном клубе: в чтении, как и в работе, важно понимать, для чего ты это делаешь/читаешь и свою сверхзадачу. Тому же учит и «Общество спектакля» — позволяет увидеть сам спектакль.
Саму книгу Дебора, как говорит Юзефович, читали и как руководство к действию, и как утопическое обличение современности, и как одну из стадий потребительской культуры и политический памфлет. В этом плане «Общество спектакля» — уникальный опыт осмысления нашего общества с тонкими предсказаниями вроде выходящего из-под контроля развития медиа. Читая это сейчас, уже невозможно сопротивляться этому обществу, потому что даже такая критика является его частью. Так что же делать?
Она напоминает: будучи на спектакле, не забывай, что это спектакль. В этом Ги Дебор — прямой наследник Шекспира по линии «весь мир — театр». Из спектакля выйти невозможно, но с помощью книг можно относиться к нему осознанно. Мы одновременно и активны, и пассивны: сами формируем жизнь вокруг себя, но и потребляем огромное количество контента, т. е. жизни других, и постоянно интерпретируем. Чем больше интерпретаций — тем спектакль интереснее. Внутри него может быть и неплохо жить, но важно иметь возможность посмотреть на него со стороны. «Общество спектакля» Ги Дебора дает такую возможность тем, что свидетельствует о нем. Обсуждая книги, мы выходим из «спектакля» по своей воле — вновь ненадолго становимся зрителями.
